Аңчы чооғы

Пир кижи аңнап чӧрген. Иирде (иир четкелди) одун албалып, одунну кезбалып, одаға ташыған. Тайғаға кижи ақтап шықты. Пир тижи кижи аға келеберген. Ол кижи чылаш полған.

Один человек охотился. Вечером дрова собирал; дров нарубив, к шалашу таскал. В тайге (кто-то) крикнул. Тогда какая-то женщина [человек] к нему пришла. [Тот человек] то была голая женщина.

Аға келгенде эпчи кижи ойнапкелип ол кижини қылчығаштады. Аңчы қоруққан. Анаң соонда от иштепсалып, қазан ажылбал, табақ чибалып, аңчы оттун пир чанға одурсалған, ол эпчи кижи, тезе, ӧттере оттан ажера одурсалған. Узурға тезе анчы қоруққан. Анаң ол но-ла полза, ол ползун, теп, — мылтығын алвалып, ол эпчи кижиниң эмчек аразын кӧркелип, адыбысқан. Ол эпчи кижи чоқ полыбысқан.

К нему придя, женщина [человек] стала играть с охотником и щекотать его. Охотник испугался. После этого развел огонь, повесил котел, еду поел; охотник сел по одну сторону огня, а та женщина [человек] напротив, по ту сторону огня села. Заснуть же охотник побоялся. После того он сказал: «Будь, что будет!» — [говоря] ружье взяв, в ту женщину, между грудей прицелясь, выстрелил. Та женщина исчезла.

Ааң соонда аңчы тайғаға парып кӧрзе, қарда қан қалтыр. По эпчи кижи тайғаға парғанда, анаң ол тағдың иштинде қыстары сықташқаннар: «Қанче-қанче аңчылар эр эдинип тоспанзыңма! Ол адығчыға парғанзың, ам аттырсалдың. Тағдаң, суғдаң телеп чӧрчатқаннарды ӧдӱрерге эткензиң. Парба, парба, теп айтқанмыс. Ам аттырсалдың!» Аңчы қапчығайла тезипбискен. Тезип эминге нанкелген.

Когда после этого охотник в тайгу пошел и посмотрел, (он увидел) на снегу кровь осталась. Когда эта женщина [человек] ушла (внутрь) горы, [потом внутри] в той горе девицы рыдали: «Скольких-скольких охотников мужьями сделав, разве ты не насытилась? К этому охотнику зачем пошла, теперь ты застрелена! Охотников, промышляющих в горах, на воде, ты (вновь) убивать хотела! Не ходи, не ходи! говорили мы. Теперь ты застрелена!» Охотник поскорее убежал. Убежав, обратно домой пришел.

Чооқтанчық: Калар сӧӧғы, Прас алтынғызы, аал Ақкӧл

Ном:  «Шорский фольклор», Н. П. Дыренкова, 1940 чыл
Шор тилиңге расшифроватьэткен Л. И. Чульжанова

Звероловный промысел шорцев был «пеший». Зимой охотники шли на лыжах, летом уходили обычно пешком. («Покачиваясь из стороны в сторону, инородец на лыжах легко пробегает от 70 до 80 верст в весенний день, а в самый короткий зимний обыкновенным бегом от 50 до 60. Но если охотнику нужно перехватить зверя, т. е. пересечь линию бега, заметив его направление, то он пробегает от 100 до 150 верст в день» — Вербицкий, Зап. за 1861 г., стр. 3; также: Адрианов, Путеш. 1881 г., стр. 320). Лошадь как средство передвижения имела большое значение (по преимуществу в северной части района). На лошадях осенью отвозили иногда в тайгу продовольствие артели (складывали на специальных срубах, помостах), на лошадях же отвозили в отдельных случаях охотников до последнего (наиболее близкого к району промысла) улуса и ездили туда встречать их.

Рассказчик: Род Калар, низовье р. Мрассу, ул. Акколь

Источник: книга «Шорский фольклор» Н. П. Дыренковой, 1940 г.
Расшифровка шорского текста Л. И. Чульжановой