8 февраля 2000 года в Новокузнецком пединституте состоялась научная конференция, посвященная 70-летию со дня рождения выдающегося шорского ученого Электрона Федоровича Чиспиякова (08.02.1930 — 20.05.1989).

Ученый-энциклопедист, неутомимый просветитель и исследователь шорского языка, он вместе с ученым Андреем Ильичом Чудояковым стоял у истоков создания кафедры шорского языка и движения за возрождение шорского народа.

Электрон Федорович ЧиспияковЭ. Ф. Чиспияков родился в славном городе Ленинграде, где учились его родители. Интерес к языку, в частности, к восточным языкам проявился у Электрона Федоровича рано и, вероятно, унаследован им от его отца — известного шорского писателя Федора Степановича Чиспиякова. автора множества стихов, книг, среди которых общеизвестные «В долинах Мрассу», «Шолбан», «Кинэ», автора переводов произведений Пушкина на шорский язык. Уже на первом курсе Томского государственного педагогического института старательного студента заметил ученый с мировым именем Андрей Петрович Дульзон и привлек его к научной работе. Андрей Петрович хотел, чтобы его ученик поступил после института в аспирантуру по английскому языку. В то время аспирантуры по тюркским языкам не было. Однако Электрон Федорович, страстно мечтавший заниматься тюркологией, отказался от аспирантуры и после успешного окончания факультета иностранных языков начал работать в школах Томской области и г. Таштагола. Позже переехал в г. Казань, где стал преподавать английский и немецкий языки в автомеханическом техникуме. В Татарии же он устроил и свою личную жизнь. Тоненькая, хрупкая учительница английского языка Фавзия Гизатулловна стала его женой, матерью его детей, соратником и последователем его взглядов. В 1964 году Электрон Федорович и его семья приезжают в г. Новокузнецк, и с этого времени вся его научно-педагогическая деятельность связана с Новокузнецким государственным педагогическим институтом (НГПИ).

Работая в школах, в техникуме, а тем более в институте, Электрон Федорович постоянно занимался исследовательской работой в области языкознания и этнографии, неоднократно выступал с докладами. 15 июня 1973 г. он защитил кандидатскую диссертацию по теме «Придаточные предложения в шорском языке». Работа стала прорывом к шорском языкознании, так как была первой в этой области.

В 1973 г. Э. Ф. Чиспияков возглавил кафедру иностранных языков НГПИ.

Э. Ф. Чиспиякова буквально распирало от множества знаний, умений и сведений, которые наполняли его до краев, он жаждал учить, наставлять, объяснять, растолковывать. Он был просветителем по своей сути. Учителем с большой буквы. Если некоторые ученые искали, кому бы передать свои знания, ждали особого случая, то Электрон Федорович задолго до создания кафедры шорского языка и литературы, задолго до того, как появились студенты, пожелавшие заниматься родным языком, начал просветительскую деятельность. Он не искал особенных людей, а привлекал к изучению шорского языка русскую молодежь, коллег, окружающих его. Они, далекие от шорцев, после общения с ним проникались его страстной любовью к шорскому языку, к тюркологии и шли в большую науку. Известны случаи, что люди, занимающиеся вообще другим делом — физикой, математикой, — после долгого общения с Электроном Федоровичем жалели, что не стали лингвистами. Так проникновенно и интересно он мог рассказывать о своих исследованиях.

Его просветительский зуд не давал ему покоя никогда. В течение долгого времени он вел два семинара для своих коллег-преподавателей. В 1970 году по просьбе тех, кто поступал в аспирантуру по английскому языку, он организовал кружок по изучению древнеанглийского языка. Им была составлена программа для этого кружка, разработаны материалы. Готовил он также своих молодых коллег и по очень сложному языку — готскому (одному из древних германских языков). Причем настолько хорошо обучал, что даже известные ученые из Ленинградского пединститута им. А. И. Герцена, куда поступали наши преподаватели в аспирантуру, по словам Л. П. Петуховой, ныне кандидата филологических наук, удивлялись, что в каком-то провинциальном городе Новокузнецке можно так глубоко подготовиться по этим трудным предметам. Всего в его архиве насчитывается 34 тетради с материалами по древнеанглийскому и готскому языкам, приготовленные для слушателей этого кружка. А на готский переведен наиболее значительный памятник, имеющийся на этом языке, — Библия. Архивные тетради и папки только по одному этому предмету могли бы послужить материалом для целой монографии.

С 1972 года он начинает вести теоретический семинар «Проблемы общего языкознания (с тюркологическим уклоном)» и не прекращает его до самой своей смерти. Увлеченные той страстностью, с какой отдавался Э. Ф. Чиспияков исследованию шорского языка, члены кафедры, не имеющие вообще никакого представления о шорском языке, начинают читать, переводить и даже говорить на нем. Электрон Федорович настолько талантливо поставил работу этого семинара, что благодаря ему Новокузнецкнй пединститут имеет теперь 7 кандидатов филологических наук, двое из которых уже стали докторами. Программа семинара включала изучение таких вопросов, как история изучения и классификация тюркских языков, практический курс шорского и татарского языков, изучение древнетюркского языка и многие другие теоретические и практические проблемы. Таким образом, можно сказать, что в 70-ые годы после долгого перерыва шорский язык начал так широко изучаться впервые. Этот семинар очень высоко ценился учеными Института филологии Сибирского отделения Академии наук СССР в городе Новосибирске. Там его называли «школой Э. Ф. Чиспиякова». Знали об этом семинаре и в Москве. Крупный тюрколог, автор множества монографий и статей, А. Н. Кононов просил Электрона Федоровича подробнее описать работу данного семинара. Естественно, Э. Ф. Чиспияков выполнил эту просьбу, выслал Андрею Николаевичу большое письмо, где привел учебный план и перечень слушателей семинара, среди них есть и моя фамилия.

Несправедливо рано Электрон Федорович покинул нас. Ему не было и 60 лет. К моменту создания кафедры шорского языка и литературы в 1989 г. его, к сожалению, уже не стало, но неутомимая просветительская работа дала свои плоды. Вновь открывшаяся кафедра смогла существовать только потому, что к этому времени уже были подготовлены специалисты по шорскому языку, способные работать на ней. Электрон Федорович с радостью встретил известие о возможности открытия кафедры шорского языка. Будучи уже больным человеком, он активно включился в подготовку ее создания. Ходил, если надо, по инстанциям, обсуждал учебные планы, готовил курсы и лекции по разным разделам языка.

Э. Ф. Чиспияков всегда был по натуре оптимистом. Он предвидел то время, когда его родной язык будет изучаться в школе и вузе. Вся его деятельность была направлена на осуществление этой мечты. Он специально писал учебники для будущих студентов. Среди них «Учебник шорского языка», в котором 318 страниц. Книга выпущена в 1992 г., уже после смерти Электрона Федоровича, но автор работал над ним почти 15 лет в 70-80 годы. Учебник стал вторым после «Грамматики...» Н. П. Дыренковой капитальным трудом по фонетике, лексике, морфологии и синтаксису изучаемого языка и первым изданием, посвященным современному состоянию шорского языка. Как только встал вопрос об открытии кафедры и о первом наборе студентов, Э. Ф. Чиспияков немедленно садится за написание учебного пособия «Графика и орфография шорского языка», которое стало базовым по этим дисциплинам.

Изучая его огромный архив, просто удивляешься, как много успевал этот человек. Он преподавал, заведовал кафедрой, готовил аспирантов, вел кружки и семинары, переписывался с учеными разных городов и республик и в это же время писал научные статьи, учебники, готовил к публикации свою монографию. Результаты исследований Э. Ф. Чиспиякова представлены в десятках статей, опубликованных в различных журналах и сборниках. В общей сложности им написано более 50-ти работ. Однако большая часть его изысканий все еще остается в необработанном виде. Лежит «живой» массой папок и тетрадей. Поражает круг проблем, интересовавших этого человека. На ум приходит образ ученого-энциклопедиста эпохи Возрождения. В своих работах он охватывал все вопросы шорского языкознания — фонетику, лексику, морфологию, синтаксис, диалектология, топонимию, историю языка. Кроме того, он углубленно занимался вопросами археологии, этнографии, антропологии и социолингвистики. Но еще больше материала в его архиве, который насчитывает более ста папок и неисчислимое количество тетрадей. Это тот громадный потенциал, который нужно обработать и издать. Только в этом случае перед нами встанет во весь рост вся уникальность и значимость исследовательского труда Электрона Федоровича. А работать с архивом одно удовольствие. Весь материал любовно систематизирован самим собирателем. Видно, что ученый отдыхал душой, обрабатывая его.

Любимым делом Электрона Федоровича было сбор лексического материала. Как только семья приехала в Кузбасс в 1964 г., он сразу же выезжает в экспедицию, объезжает практически все районы проживания шорцев, телеутов, чулымцев, сибирских и барабинских татар. Он был очень общительным человеком, легко сходился с людьми, и те с удовольствием помогали ученому в его изысканиях. Полевые записи, а также нарисованные им карты, на которых он отмечал посещенные населенные пункты, места проживания шорцев и их соседей, карты, которые отражают переселение и передвижение тюркских народов на территории Сибири, Средней Азии и Дальнего Востока, скрупулезно сохраняются его женой Фавзией Гизатулловной. Его лексикологические записи могли бы лечь в основу академического словаря, который он хотел написать вместе с В. И. Рассадиным. Э. Ф. Чиспияков рассматривает лексическую систему родного языка не обособленно, а в сравнении с другими тюркскими и нетюркскими языками: узбекским, алтайским, кетским, а также с языками томских, тобольских, эуштинских татар. Исследуя эти параллели, Электрон Федорович делал свои, оригинальные выводы о родстве этих языков, о месте шорского языка среди других тюркских языков и о его происхождении.

Обладая высоким национальным самосознанием, он всегда интересовался, как возникли шорцы, какова история их происхождения. Есть множество взглядов на решение этого вопроса. Он подходил к нему как лингвист, историк и этнограф. У него была своя, нетрадиционная точка зрения на историю возникновения шорского народа, которая изложена в ряде его статей, а также в монографии «Из истории языков народов Алтая и прилегающих к нему районов». Однако эти труды до сих пор не известны широкому читателю, так как они все еще не опубликованы.

Понимая, что исследователей шорского языка не так уж много, Электрон Федорович пытался сам исследовать как можно больше нерешенных проблем. На «черные дыры» в шорском языкознании он бросался, как солдат на амбразуру. Однако главным разделом в его изысканиях были вопросы истории языка. Это очень сложный раздел языкознания. Здесь нужны поистине энциклопедические знания многих живых и мертвых тюркских языков. И он обладал ими. В своих работах он сравнивал шорский язык с другими языками тюркской семьи, а также с языками монгольской, самодийской, финно-угорской групп. В рамках исторической грамматики он систематизировал названия шорских родов и исследовал их происхождение. Будучи человеком современным, стремящимся к сохранению национальных традиций и культуры шорцев. Электрон Федорович, кроме названий родов, бережно собирал и исследовал шорские имена и фамилии. Отмечал места локализации тех или иных фамилий и родов.

Тонко чувствующий все нюансы языка, он в своих записях отмечал малейшие оттенки значений слов, описывал различие между лексическим составом разных диалектов шорского языка. Создал свою собственную теорию периодизации шорского языка и разделения его на диалекты и говоры.

Будучи лингвистом, он тем не менее был широкомыслящим ученым, не замыкавшимся только в рамках языкознания. Он писал статьи по истории шорского народа, собирал материал по фольклору, культуре и традициям. Некоторые из его сказок, быличек и легенд опубликованы, но большая часть все еще хранится в его необъятном архиве.

Э. Ф. Чиспияков понимал, что не только шорцы, но и другие малочисленные народы должны возрождаться и крепить свою культуру, поэтому он собирал материал (лексику, предложения и сказки) по телеутскому языку. В его архиве находятся до десятка тетрадей с телеутскими словами и сказками, которые могли бы лечь в основу оригинального учебника.

К сожалению, при жизни изыскательская деятельность по тюркологии не находила должной оценки у недалеких людей и тогдашнего руководства. В годы застоя и равнодушия к проблемам коренных народов было не «модно» заниматься шорским языком. Более того, я помню тот момент, когда я начала посещать кружок, организованный Э. Ф. Чиспияковым и А. И. Чудояковым специально для студентов шорской и телеутской национальности. Его быстро «прикрыли», мотивировав тем, что этим самым раздувается искра национального шовинизма. Поэтому сейчас со всей остротой понимаешь, как не хватает этого человека, сколько мог бы сделать этот неутомимый ученый в наше время, когда коренным народам уделяется большее внимание и растет национальное самосознание шорцев.

Отзывчивый, скромный человек, Электрон Федорович как ученый отличался твердостью и принципиальностью в своих суждениях, будучи очень мягким по отношению к другим, к себе он относился с большой требовательностью. Он был прост и открыт душой. Он помогал всем, кто к нему обращался. Внушительна география его научных связей. К нему за советом и поработать в его архиве, который был открыт для всех, приезжали из Томска, Кемерова, Москвы, из Алтая и Хакасии. Он прожил интересную полную трудового энтузиазма жизнь. Многое мог, не был похож на замкнутого неумеху-ученого, как обычно рисуют в книгах и кино. Многое любил делать своими руками, например, ловить рыбу, охотиться, готовить вкусную пишу. Никто из его учеников не знает, что он мог водить машину, у него были права, но никогда не было самой машины. Он учился на курсах военных переводчиков при военно-политической Академии им. В. И. Ленина, мог бы зарабатывать большие деньги, изъездить множество стран. Но всему этому он предпочел скромный и нелегкий путь ученого и просветителя.

Светлая память о покойном Электроне Федоровиче Чиспиякове,  прекрасном ученом, замечательном человеке, навсегда останется в наших сердцах, в сердцах его коллег, учеников и всех, кто знал и общался с ним.

В. М. Телякова, кандидат филологических наук,
2000 год

Поделиться