На дно старой деревянной лодки летели рюкзаки, спальные мешки, палатки, камеры и ботинки. Cверху встала квадратная коробка с генератором. Лодка неуклюже раскачивалась и быстро наполнялась водой. Парни во главе с Николаем бегали по берегу с фонариками на голове и передавали друг другу поклажу. Своими фонарями они походили на светодиоидных инопланетных существ с планеты Икс-572.

Лодка мгновенно набилась скарбом и было понятно, что все это добро мы за раз не увезем.

—Ребята, делимся на команды. — предлоджил кто-то из темноты.

Я оказалась первой в очереди на переправу. Ну вот, вроде бы уселись. Король спрыгнул за борт, прогулялся в своих больших сапогах по глубине, силой толкнул лодку, запрыгнул внутрь и мы поплыли. Король проворно орудовал своим шестом и с легкостью знатока маневрировал среди камней. На середине реки вода стала поступать внутрь. Тогда Король схватил свой черпак и активно заработал руками. Не смотря на все его старания нас сносило течением. Спокойная с виду река на середине показала нам свой характер. При таком раскладе мы проскочим деревню, — подумала я. Но наш умелый кормчий так не думал. Он дернул за шнур. Старый мотор закрехтел и лодка поплыла против течения.

Высадились мы в назначенном месте. В огороде у Короля.

— Идите наверх, там Королева — скомандовал Король, а сам исчез в темноте ночи. Поехал за мальчишками.

Его Королевой оказалась скромная Люба, молчаливая женщина лет 60-ти в старомодном клетчатом коротком пальтишке. Люба повела нас в летнюю кухню.

— Уже поздно. Свет вот-вот отключат — предупредила она.

Через минуту мы и правда сидели с зажженой керосиновой лампой.

Летняя кухня представляла собой небольшой деревянный домик с прокопчеными стенами. Судя по всему, Король с Королевой до сих пор следовали шорским обычаям и разводили костер прямо внутри летней кухни.

В углу домика стоял деревянный стол, застланный чистой клеенкой. Маленькое окошечко. От стола вдоль стены по периметру выстроились крашеные коричневой эмалью самодельные лавки. Под лавками — алюминиевые тазики с чем-то молочным. Часть кухни занимает очаг. За крючок к потолку подвешен котелок с водой для завтрашнего супа. Тут же, над очагом, через специально оставленное отверстие для дыма, просвечивает краешек звездного неба.

Поужинали мы классическим набором походника — рыбными консервами в томатном соусе. Хозяева ушли в главный дом, а нам разрешили заночевать прямо здесь, у них на кухне. Мы достали спальники, стали укладываться и поняли, что придется тесниться. Мал наш теремок, да дорог. Кухонька оказалась настолько мала, а мы настолько большими, что даже уложив всех штабелями в ряд, Жене-монтажеру места все равно не осталось. Ту ночь Женя провел в дальнем краю домика в обнимку с котелком. Себе как режиссеру я оставила лучшее, на мой взгляд, место у двери.

— Ну, вот там-то они тебя вперед всех и схватят.— шутил Женя.

— Кто же меня там схватит?

— Кто-кто, конь в пальто, духи, кто. Судя по разговорам, они как раз тут и водятся. Место сильное, все дела.

Про это я и не подумала.

Всю ночь я просыпалась. Думала о духах. Пыталась их представить, но не могла. За дверью волком завыла собака. Не думать, не думать, не о чем не думать. Настроиться на ОМ. В туалет тоже не думать. Сейчас главное уснуть.

ОММ- МММ-ОММ.

Я не заметила как отключилась. Один Мануэль не спал. Он то и дело выбегал во двор, включал-выключал генератор, менял батарейки и, применяя логику математика, вычислял хватит ли нам бензина на все десять съемочных дней.

__________________

Не было и шести утра как проскрипела входная дверь и в кухню вошел, по-хозяйски стуча сапогами, Король. Первым делом он взял в руки транзистер и стал его крутить. Далекие радиоволны ворвались в маленький домик на краю земли. На другом конце о чем-то вещал бодрый голос китаянки.

— Надо же, как хорошо Китай ловит — подумала я.

Следующей волной принесло Красноярск. Там красноярские дедушки рассказывали о том, как их жизнь изменилась с тех пор как они пригласили на утреннюю зарядку соседских бабушек.

— Только не сейчас — подумала я, с трудом отрывая голову от импровизированной подушки.

Но ничто не способно было отменить королевского утра. Было понятно: он тут надолго. Сходил на реку, принес воды, стал пробираться меж спящих тел к котелку. Ничего не поделаешь. Надо вставать. Все засуетились. Не прошло и минуты, как площадка для Короля была расчищена.

Король принес поленья, развел костер. От дыма защипало глаза. Дышать стало невозможно и нас пулей вынесло в холодный туман.

К Королю в кухню зашла Королева и уселась на краешек стула. Ей глаза, по всей видимости, не щипало. Молча она принялась раскатывать тесто и лепить что-то наподобие самодельной лапши тутпаш.

Вскоре вода закипела и первая банка тушенки отправилась в котел. За ней последовала самодельная лапша.

Воспользовавшись свободной минутой, Королева вышла во двор. В руках она держала содержимое одного из молочных тазиков:

— Сарын, Сарын— позвала Королева.

Через секунду у ее ног вилась и виляла кучерявым хвостом молодая лайка.

— Сарын еще ребенок, ей и года нет. — пояснила нам Королева и зашла обратно.

Через минуту Король с Королевой сидели в полной тишине, дышали углекислый газ, вращающейся тут же, и ели суп. До нас наружу доносилось лишь мерное постукивание их ложек.

— Странно, а почему они между собой не общаются? Как же мы будем их снимать? — пришла ко мне первая за все это время здравая мысль.

И тут я поняла. Мне это просто стало очевидным. Мы имеем дело с редким случаем в практике, когда герои между собой не говорят.

А о чем им говорить? Они тут в своей тайге настолько притерлись друг к другу, что им и так все понятно.

После раннего завтрака Король облачился во все белое. На голову повязал платок. Сел на лошадь, расправил спину и ускакал в конец огорода, в туман, в белые цветы, в неизвестность. Только мы хотели наставить на него камеру, а его уже и след простыл.

Неизвестность продолжалась. Вокруг дома Короля, по туману, блуждали какие-то звери. То ли коровы, то ли лошади. Эти невидимые животные перемещались по какой-то своей, только им понятной траектории. До нас лишь доносились звуки огромных колоколов, которые, судя по всему, висели у них на шеях.

Но все-же, куда ускакал Король? Эта важная деталь не давала мне покоя.

Королева, тем временем, подоила корову, тоже оделась во все белое, взяла мешочек с чем-то съестным и следом за Королем скрылась в цветах.

Так мы остались одни. Шел девятый час. Туман постепенно рассеивался. Наконец, из-за горы показалось солнце и осветило горб вчерашнего страшного дракона — Айгана. В лучах солнца Айган уже не наводил того первозданного ужаса и над его вершиной мирно парил одинокий коршун.

На завтрак мы решили приготовить суп. Водопровода в деревне нет, колонок нет, воду жители черпают прямо из реки, но вода у них там — чистейшая.

Пока мы ходили за водой, Николай развел костер.

— Вода по тайге везде разная. Где-то чуть кисловатая, где-то карбонаты придают ей бирюзовый цвет, где-то железа много. Вон там, в ручье посреди деревни — вода жесткая, только стирать, а вот подальше — в скалах, в роднике, самая целебная.

Вода в большой походной кастрюле закипела. Сварили суп с тушенкой. Воздух, вода, свежая зелень с огорода явно делали с едой что-то магическое.

После завтрака все одели резиновые сапоги и направились к цветам. Там, за белыми цветами начиналась конная тропа, по которой от нас ранее скрылись Король с Королевой. Кое-где тропу размыло и нам пришлось шлепать по лужам по щиколотку в грязи. Что бы Вера делала тут без сапог?

Мы поднимались все выше и выше и вскоре увидели перед собой большое ромашковое поле.

— Где-то тут тракт старый проходил — начал Николай — говорят, еще во времена монгольких ханов его проложили. По рассказам стариков одна из троп великого шелкового пути шла через Усть-Анзас. Стоянка тут была. Уставшие купцы отдыхали с дороги. Сейчас от этих времен остались разве что вот эти камни.

— Мы ведь камням тоже поклоняемся— склонила голову к торчавшему из-под земли монолитному созданью Анита — Вот особенно в таких, в древних, кроется большая сила.

Белые, огромного размера валуны размером с яйцо динозавра то тут, то там выплывали среди ромашек.

За горой показались мужские фигуры. Люди в белом при ярком свете дня работали косами и поглядели на нас с высоты. Это был Король и его люди.

Их слаженные движения походили на хорошо отрепетированный танец.

Миша с Машей пошли к ним и навели на них свои камеры, а мы стали ждать когда же они закончат и спустятся к нам со своего природного Парфенона.

Монтажер Женя лучше всех понял суть. Он взял лишнюю косу и встроился в колонну косильщиков.

— Теперь они так неделю, а то и больше косить будут— сказал Николай. — Сейчас такая пора. Несколько дней год кормят. Не будет сена — не будет скотины, не будет скотины — не будет и молока, творога, ничего не будет.

Электрических косилок в Усть-Анзасе не признают. Косят все стародедовским способом. На каждом холме трава разной степени готовности. Где-то полусухая, где-то совсем свежая.

Вот наши косари закончили косить на одном месте. Оставили косы. Пошли на следующую поляну. Там их ждала уже подсохшая трава. Самодельными граблями стали переворачивать подсохшую траву. Когда и с переворачиванием было покончено, из-за кустов показалась маленькая лошаденка. Ей на спину прикрепили телегу, набили ее травой до отказа и свезли на другой конец поляны.

На другом конце лошадь уже ждали. Подвезенную траву стали быстро разбирать вилами и метать в стог. Во время всей этой процедуры Король стоял на самом верху травяного сооружения и смотрел за порядком распределения травы.

Королеву мы отыскали в ручье. Она сидела в траве и мыла картошку для супа. Тут же умудрялась срывать какие-то травинки и отправляла их к себе в мешочек.

— Это подорожник. Вон те красные цветочки — это клевер. Листочки веером — манжетка. Я всегда травы собираю. Сушу. А лопух вообще полезный. Вон Король всю зиму лопух запаривает и пьет. Ему от одышки помогает. Я иной раз пью, иной раз забываю. Лопух-то знаешь когда надо собирать? В конце августа, либо в начале сентября. Это я читала. Я все читаю и знаю как лечиться, а как нет.

Подошло время обеда.

Король сидел довольный, смотрел то на Королеву, то на нас и вдруг сказал:

— Если бы меня не было, ты Королевой не стала бы. — Ой, да что ты? — рассмеялась Люба. — Да. Я знаешь, когда на ней женился? После армии. После армии что делать? Надо жениться. Я ее украл. Мы шорцы крадем невест. Я ее посадил на коня и увес. Но вот до сих пор раплачиваюсь за это. Шучу.

— А давайте сходим в Дальний Кезек, — перевел тему Николай — Это еще одна деревня. Пять километров вглубь тайги. Вот там-то вам и будет все, что вы у себя для прессы писали, и избушки на курьих ножках и холодильники в ручье. Мой дальний родственник, Афган, там живет. Мы же тут все из рода Карга будем. Много лет назад несколько охотников ушли вглубь тайги в поисках лучших стоянок для охоты. Приглянулась им полянка. Повырубали кое-какой лес вокруг, землю распахали, так и прижились.

— А что, давайте прямо сейчас после обеда их и навестим. — дружно согласились мы.

Зинаида Семенова,
SoulRise Production

Поделиться